Тургор: Начало

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тургор: Начало » Покои Сестёр » Бездна Эне


Бездна Эне

Сообщений 1 страница 30 из 39

1

Здесь очень холодно. Вход в Покой - трещина в каменной стене. От входа можно идти либо направо, либо налево и всё равно придти к цифре семь (написанной по-римски). Но прежде, чем добраться до неё, можно в небольших окошечках (вырезы в скале, как например в десятке или пятёрке) увидеть противоположные цифры. Добравшись до семёрки можно увидеть и саму Эне, сидящую на самом краешке основного крепления двух металлических стрелок: минутной и часовой. Минутная - тоненький мостик от семи до площадки Сестры, часовая же - трамплин, ведущий в пропасть и указывающий на девятку. Внизу - пропасть и еле заметные шестерёнки, которые продолжают крутиться, несмотря на недвижимость стрелок. Вверху - стеклянный потолок, сверху покрытый снегом, ну или чем-то очень похожим на него, единственным источником света является трещина-дыра в потолке, сквозь которую и падает это непонятное вещество так похожее на снег. Сам Покой является круглым (похож на две консервные банки: в большой находится поменьше).
[mymp3]http://klopp.net.ru/files/i/c/2/1846957296d51b38b3e7ab16971148.mp3|Бездна Эне[/mymp3]
Выглядит где-то вот так:

увеличить

Отредактировано Эне (25.01.2012 18:39:39)

+2

2

В Покое царила мертвенная тишина. Бледный луч света спускался из трещины в потолке, едва рассеивая темноту; внизу оставался пугающий и одновременно странно манящий мрак. Хлопья снега исчезали в его глубине, опускаясь медленно, даже величественно, придавая тем самым всему внутреннему убранству Покоя некое сходство с застывшим во времени видением, с глубоким, но неуловимо тревожным сном.
Вдруг где-то внизу, там, в пропасти, отразилось от отвесных стен эхо щелчка механизма.

Движение - основа всего. Возносится ли дух, низвергается ли в Кошмар... рождается ли новое, непохожее ни на что существо, чтобы пройти свой путь, или умирает Маленькой Смертью, дабы продолжить его в обновлённом обличии... идёт ли время вперёд или вспять - застыть оно не может. Мир вокруг нас меняется с каждым мгновением. Страшно представить, как могло бы быть иначе. Страшно впервые входить и в тот мир, какой он есть сейчас. Но ведь страх - тоже движущая сила, одна из главнейших...
Шестерёнки дрогнули повторно. Цвет оживлял мёртвое и бесчувственное. Он дарил Бездне свою долю неповторимой атмосферы, тёмную красоту и щемящее, пока ещё неясное чувство, пронизывающее, казалось, самую суть Покоя. Этим Цветом была Лазурь. И она знала, что лишь одного - самого важного - не хватало пока в молчаливой обители исполинских часов. Или не одного?
Снег замерцал в полосе призрачного света. Уловив исходящее от него предчувствие чуда, готового вскоре свершиться, Лазурь обратилась из зияющей пропасти к заснеженному стеклянному куполу:

- Серебро, соперник и собрат мой! Я чувствую твоё присутствие. Я поднимаюсь ввысь. Цвета не принимают друг друга, но нам суждено встретиться... Для чего, спросишь ты? Мы узнаем. Мы исполним волю Спящего...
Конечно же, голоса её было не разобрать нечувствительным к ней Душам, если бы хоть кто-то из них присутствовал в Покое. Но то, что заметили бы они точно - как пронзительно скрипнули в очередной раз шестерёнки механизма... и пошли, неспешно вращаясь в холодной и тёмной глубине, отливая синевато-серебристым металлическим блеском. Иссиня-лазурная вуаль тумана окутала их и призрачной дымкой стала подниматься к часовым стрелкам.

+3

3

Падая во мрак Покоя снежинки, чей сонм цикл за циклом тщетно старался достичь дна Бездны, внезапно замерли в воздухе. Словно само время остановило свой неумолимый бег, услышав голос Цвета:
- Серебро, соперник и собрат мой! Я чувствую твоё присутствие. Я поднимаюсь ввысь. Цвета не принимают друг друга, но нам суждено встретиться... Для чего, спросишь ты? Мы узнаем. Мы исполним волю Спящего...
Воздух, застывший как жидкое стекло, отразил сотни тысяч серебряных искр, прервавших свой полет. Это вспыхнул отблеск пронзительно-лазурного цвета на гранях каждой из снежинок.
Звонкий голос раздался в ответ и звучали в нем звоны маленьких серебряных колокольчиков, приносящих Удачу, чистый смех малыша, впервые увидевшего Чудо и звон тонкого клинка, магической шпаги в руках Великого Магистра:
- Воля Отца неизреченна, Лазурь непреклонная! Но если встретились мы в этом Покое, то пусть предначертанное свершится. Раскрой же объятия свои, станем же частью друг друга и привнесем в мир то, чего еще не удавалось узрить ему!
Двенадцать тысяч снежинок внезапно обернулись маленькими капельками металла, сверкавшего  ртутно-перламутровым блеском  и, словно вновь обретя силу тяготения, стремительно ринулись вниз… Туда, где из недр циклопического механизма поднимался к стрелкам часов переливающийся цветами грозы туман. Они набирали скорость и достигнув поверхности разбивались на тысячи осколков, падающих в обьятия лазурной дымки. Некоторые, попадая на металл часов оставляли за собой следы изморози, словно коснулась гладких деталей невероятно холодная жидкость. Серебро пело, и звуки этого волшебного дождя наполняли пространство Покоя Волшебством, пропитывали его холодом металла, на поверхности которого то и дело вспыхивали ослепительные лазурные разряды, похожие на трескучие молнии. Соединялись в несказанном таинстве страдание и безумие, надежда и чудо, соединялись, чтобы вдохнуть жизнь и волю Спящего в тело еще неродившейся Сестры.

+3

4

<<Первое появление в игре>>

Покой оживал. Медленно, но неуклонно. Он собирал силы для последнего рывка, последнего вздоха, за которым последует жизнь. Камни - молчаливые создания, но это не означает, что они незрячи и немы, наоборот, они всё видят и слышат. Вот только понимают ли? Они не бездушные созданья, они порою гораздо умнее нас. Казалось, что Покой дрожал, вздрагивал от нетерпения явить на свет новую жизнь, новую душу, новую Сестру. Волнение переходило от камня к камню, от механизма к механизму и даже, вроде бы, от мельчайших частиц, которые обрели движение после продолжительного застоя летаргического сна. Жизнь медленно, где-то неотвратимо, вливалась в Покой. Но не только в него.
Туман, который словно грозовое облако, обременённое грозой, медленно поднимался к исходу стрелок. Словно повинуясь их движению, дымка стала вращаться и уплотняться в центре. Буйство нарастало. Стрелки крутились всё быстрее и быстрее, туман взвивался и опадал так же быстро. Кружился воздух, кружились снежинки в сумасшедшем, безумном танце. Дрожь нарастала. Темнота завихрениями поднималась вверх, как прокажённая старуха, тянущая свои иссохшие руки к чему-то новому, чему-то живому, однако не в силах коснуться этого.
И вот неожиданный стоп. Волнение в нерешительности замерло и казалось что сам воздух вдруг стал плотным и тяжёлым. Тихо скрипнула шестерёнка. Затем ещё одна и ещё. Механизмы продолжили свой бег, но уже без нарастающего фанатизма. Они входили в свою колею шага. Снежинки медленно оседали в темноту как когда-то уже делали. Темнота же, безвольно опустив руки, стала опускаться, ей здесь больше не место, только там, где-то в глубине, пока не поддающейся объяснению. Стрелки замерли. Одна - минутная, замерла перед цифрой семь, вторая - часовая остановила свой выбор на девяти. Туман, всё больше съёживаясь в размерах, исчезал. Словно он кроил новое тело, собирал для него части и одежды. Потихоньку он развеивался, показывая своё сокровище - своё творение.
Тело. С виду безжизненное и холодное, больше подходящее трупу, нежели живому. Не человек, нет. Плоть всего лишь видимость, фикция, мимикрия. Скорее это дух, а вернее душа, которая пока не двигалась, которая не была потеряна, скорее была вновь обретена. Ей нужно было время, чтобы осмыслить свою жизнь, своё рождение и чтобы начать смысловую жизнь. Тело дрогнуло, дёрнулось в судороге ног, не в силах остановить оную. Тело дернулось вновь. Судорога продолжалась, то руки, то ноги вновь и вновь подвергались адской пытке, неизвестно для чего предназначенной. Наконец, тело замерло. Последовал тяжёлый и долгий вздох. Она ожила. Кашляя девушка поднялась с потерянным взглядом озираясь по сторонам. Рождение приносило свои ужасы - ужасы нового и неизвестного. Медленно опустившись, Сестра сжалась, обхватив свои колени руками. Она боялась пошевелиться, а в голове же на перебой гудели подобно пчёлам мысли. Где я? Почему я здесь? Что на мне? И кто я такая? Платье, больше похожее на ночнушку тускло синего цвета, подражая своей хозяйке так же сжималось от ужаса. Копна тёмных волос, больше похожих на связку жёсткой проволоки, изредка вздрагивала, повинуясь вздрагиванием Сестры. Девушка прикусила губу, чтобы не разрыдаться, как многие люди, которые не знают где они, а спросить не у кого.

Отредактировано Эне (22.05.2011 11:27:41)

+2

5

Цвет с осторожностью и увлечением ткал полотно новой судьбы. Танец Творения вдохнул душу в безжизненный Покой, и вот, она воплотилась, ещё не до конца оформленная, ещё слабая и растерянная, но - живая, настоящая...
Туман развеивался, оседая каплями обоих Цветов. Довершая начатое, Лазурь проникала в новорожденное тело, оживляя его, давая силы сделать первый вдох и первые движения. Но каждый проходящий по жилам её поток причинял эфирной плоти болезненные судороги, словно электрический разряд. Тело дёрнулось - раз, другой - словно в предсмертных конвульсиях. Но предшествовали они не смерти, а окончательному рождению Сестры.
Страх неизвестности распростёр навстречу просыпающейся душе свои ледяные объятия, но, повинуясь Лазури, постепенно становился отчаянным желанием жить, подобным тому, что испытывает человек, уцепившийся за край пропасти.

- Милое дитя, тебе ещё предстоит найти ответы на все эти вопросы... - прошептал Цвет, вняв растерянным мыслям Сестры. - Чувствуешь - мы дарим тебе силы стать тем, кто ты есть...
Последний лазурный разряд осветил глаза девушки, придав им соответствующий необычный оттенок, но одновременно вызвав удушающее чувство подкатывающих слёз.

Отредактировано Лазурь (21.05.2011 21:38:03)

+1

6

В то время как Лазурь наполняла тело новорожденной своей силой, Серебро крепило связки и формировало покровы. Вот уже показался легкий бледный оттенок на коже Сестры, тело потяжелело и в сознании пронесся бестелесный шепот:
- Жива…
Вторя шепоту Лазури Серебро успокаивало девушку. Сестра оцепенела и её лазурные глаза наполнились серебряной влагой.
- Когда придет время, мы подскажем тебе, расскажем тебе и направим тебя. Мы будем хранить тебя и оберегать. Ты же, смотри внимательно и доверяй нам, ибо мы – твои Покровители. Наблюдай и открывайся нашему шепоту, он – твоя путеводная звезда здесь.
Кожу девушки холодило прикосновение Серебра, но оно же не давало сознанию скатываться в беспамятство и застывляло шевелиться непослушные мысли. Шепот Цвета подсказывал самые безумные ответы на те вопросы, которые рождались в голове Эне. В сочетании с голосом Лазури Серебро придавало свой оттенок безумному рою мыслей Сестры – панический страх, поглощающий, растворяющий сознание без остатка, но сквозь него, словно молодые сильные ростки, пробивалось ощущение веры в собственное спасение. Надежда на избавление от страданий, подстегиваемая невообразимой жаждой жить! Под холодной кожей Эне струились два Цвета, смешиваясь и наполняя ее сердца своим шепотом, своими желаниями и своей силой.
- Слушай свои сердца, наша возлюбленная Дочь, и по первому зову мы ответим тебе.
Шепот казался настолько явным, что хотелось обернуться и посмотреть в лицо кому-то, стоящему за спиной, но за спиной Сестры лишь оседали в бездну последние клочья лазурного тумана, уносившего с собой серебряные искры.

+2

7

На глазах девушки навернулись слёзы - холодные и где-то даже острые как иголки они только больше раздражали глаза. Боль, необъяснимая тупая боль на уровне подсознания мешала сосредоточиться, однако именно она поддерживала мыслительную деятельность, именно она давала чувство жизни. Фигурка вздрогнула и прикусила до крови губу, когда к ней обратился голос, манящий голос, который больше напоминал лёгкие касания смычка по струнам скрипки. Но... рядом ведь никого не было! Покой был абсолютно пуст! И тем не менее, мыслящие создания, пусть и невидимые, всё-таки присутствовали здесь, более того, они общались с новорожденной. К скрипке прибавился задумчивый контраст виолончели.
- Жива... Жива... - тупо повторяла Сестра вслед за невидимкой. Она не знала можно ли им верить, но они были единственными кто был здесь и судя по всему, именно они помогли стать чуточку живее, чем она была изначально. Штрихи довершались. В душу, робкую, испуганную, как удав вползали эмоции, такие странные и необычные, такие новые. Всё было в новинку: ощущения и чувства. Ощущалась даже нереальность происходящего, словно это происходило где-нибудь во сне или за тысячи миль отсюда. Непонятно. Необъяснимо. Чудо.
Было приятно. Сейчас, когда кто-то невидимый словно касался кожи Эне, пробегал лёгкий холодок, разгоняя кровь по ослабевшим жилам, разгоняя тепло, столь неуместное здесь. Девушка прикрыла глаза, слишком уж много информации для только родившейся. Чтобы хоть как-то успокоится и обрести душевное равновесие, Сестра стала раскачиваться, представляя, что она на качелях. Они качаются то вперёд, то назад, то в пугающую тьму под ногами, но небо, недостижимое небо над головой, то обратно на землю, относительную поверхность тверди. Качели, то взлетаешь, то падаешь, успевай только цепляться за этот маятник. Мысли приходили в порядок. Что-то разлаживалось по полочкам, что-то становилось рядом и ждало только монента, когда же знание пригодится. Продолжая раскачиваться как маятник, с по прежнему закрытыми глазами Эне обратилась к голосам, но в голосе была неуверенность, словно скажи хоть слово и они исчезнут, как плод больного воображения:
- Кто вы? Ваши имена? Я слышу вас, но... Как зовут меня... Где я и кто я? Почему я вас слышу, но не вижу? Где вы? - девушка остановилась. Она боялась раскрыть глаза и оказаться не здесь, более того, она боялась обнаружить, что сама не существует, что это просто чей-то кошмар, фантазия и не более того. - Это... это реальность? Где я? Кто я? Почему я не понимаю что происходит? Ведь вы реальны? Вы существуете на самом деле, Скрипка и Виолончель? Откуда я знаю эти слова? Откуда я знаю, что я могу говорить..? Эне бессильно опустила голову на колени и практически прошептала: - А может я вещь и просто кому-то кажусь? Снюсь? Всего больная фантазия на смертном одре какого-то полоумного психа..? Может....

+4

8

- Мы, Цвета - залог твоей жизни, источник силы чувств, крепости воли и выносливости... - отозвался потусторонний плач скрипки, каким слышала его Эне. - Без Цвета немыслимо ни существование Сестры, ни движение иной души...
Словно в подтверждение сказанного, лазоревый свет повторно тихо блеснул перед взглядом девушки, всё ещё сидевшей с закрытыми глазами. Боль силилась придать ясности растревоженному сознанию. Мир вокруг приобретал всё больше чёткости, всё меньше походил на нелепый страшный сон, хоть и оставался таким же ирреальным и торжественно-безмолвным. Лишь голоса Покровителей продолжали отвечать словам Эне на единственном понятном им языке чувств.
- Всё есть реальность; мы существуем, так же, как и ты... - словно невидимые руки,  цепкие, но любящие, поддерживали Сестру, раскачивавшуюся, как часовой маятник. - Здесь меня называют Лазурью, а выше - Болью и Ожиданием, ещё выше - Мужеством и Надеждой... Но не каждой душе дано удовлетворить своё стремление вверх, дальше от Кошмара, ближе к сияющим неизведанным мирам. Поднявшиеся снизу будут говорить, что это сказки, порождённые твоим болезненным воображением, но верь лишь себе... и нам. Слова Сердца всегда правдивы, особенно умеющего ждать и не терять надежды...

+3

9

Серебро заполнило часть сознания Эне шумом падающих капель. Тяжелые, блестящие словно ртуть они касались мыслей девушки и разбивались на более мелкие, а те в свою очередь на еще более мелкие… От этого слегка кружилась голова, но неприятным это чувство не было. А от раскачивания Сестры дробление капель вызывало легкую эйфорию, притупляющую клубящийся  страх неизвестности. Серебро сплелось с Лазурью, но если Грозная удерживала мысли девушки в ясности, то Волшебство скорее заставляло принимать необычность положения Новорожденной Сестры как данность, а не как плод воспаленного рассудка.
- Моё имя – Удача. Зови меня Волшебством, или просто Странным Цветом, дитя! Мне ведомо, где и когда подать тебе блага и улыбнуться нечаянной радостью или успехом. Пусть для тебя мы кажемся эфемерными, словно туманные призраки, но наш шепот будет сопровождать и наставлять тебя. Иногда даже он будет казаться тебе лишь эхом, отраженным от твоих собственных мыслей, но свои сердца не обманешь, слушай и ты услышишь нас даже сквозь боль и голод. Сейчас ты слаба и растерянна, но пройдет время и твой Покой станет тебе родным домом. А пока…
… и возле руки Эне, прямо из металлической поверхности часового механизма пробился ажурный, почти невесомый росток чистейшего Серебра. Легкие лепестки окружали светящийся бутон, который манил к себе, упрашивая просто прикоснуться к блестящей вязи, образующей соцветие…

+2

10

Сознание бунтовалось. Одна его часть боролась с другой, порой перемешиваясь и меняясь местами. Всё одновременно обретало смысл и тут же его теряло, обретало формы и исчезало в дебрях подсознания. Эне молчала. Даже беспорядочные мысли и те не решались нарушить священную тишину и говор Цветов. Она внимательно слушала Их. Они говорили по очерёдности, известной лишь Им. Они знали некое знание, которым и делились сейчас. Но они сказали отнюдь не всё, была в их музыке недосказанность, как в настоящее игре музыкальных инструментов заканчивается мелодия... но пары нот не хватает. Причём играющие делают это намеренно, оставляют недосказанность как наркотик для слушателей, способствующий любопытству к познанию. Познание не грех, всего лишь познание - не больше не меньше, но сейчас было нечто другое. Словно само знание, его корни и далёкая крона были пропитаны запретностью.
И тут случилось неожиданное, Серебро, он же Виолончель приподнёс своей подопечной королевский подарок - росток Цвета. Вот так просто и задаром. Необычно, неестественно и противоречит человеческой природе. Значит они действительно далеки от человека. Возможно какие-то эмоции, или даже состояния - будь то замирание или буйство, но не люди, даже не души... Но вот что? Ответ Эне был неизвестен. Сейчас и только сейчас Сестра ощутила странное чувство голода. Словно голодный кровожадный всё это время терзал её тело и душу, но почувствовала девушка его только сейчас. Зверь взвыл, когда появился росток. Дрожащими руками Эне коснулась до серебряного сияния и оно тут же исчезло, оставляя свою недосказанность, своё волшебство. По венам пробежала холодная волна, сметающая всё на своём пути, заставляя работать, казалось бы бессмысленные, здесь органы. Животворная сила оставляла после себя лишь приятный холод и осознание чего-то. Чего конкретно - трудно сказать, Эне была сейчас в неопределённом состоянии. Слишком уж много всего.
- Дом... Это мой дом? Он странный... - наконец сказала Сестра, - Необычный... Разве дом может быть таким? Разве он не должен быть с... мебелью? Что такое мебель? Хм... Много слов, которые я использую в разговоре с вами... но не понимаю некоторого их смысла... Наверно это глупо, - девушка слабо усмехнулась, - А может и нет. Спасибо вам... мои.... родители... Скрипка и Виолончель. Ваша игра всегда будет в моём сердце... Обещаю... Постараюсь обещать.
Сестра чуть виновато опустила голову. Трудновато было общаться, если ты только родился, а уже знаешь столько слов. Как минимум необычно. Но если верить Цветам, то это норма местной жизни.
Столько всего необычного. Дом. Мой необычный дом... Значит если дом, то должна быть и дверь и ведущая из него? А что там, за ней, за дверью? Другие дома..? Или... там ничего нет? Не знаю. Сверху падает снег... значит там холодно! Я люблю холод, наверное. Значит там много снега... Какое странное слово - снег. Сознание будто бы само подбрасывает нужное слово... Как многое нужно понять... Я ещё слишком... юна? Быть может... быть может...

>>>Мост (сад Имы)

+3

11

>>>Мост (сад Имы)

Здесь было холодно. Эне привычно вышла из разлома в стене. Всё же что и не говори, а свой Покой любая Сестра знала как свои пять пальцев, ну или четыре, не будем заострять на это внимание. Перед девушкой была каменная кладка из тусклого, посеревшего и обесцветившегося от времени цвета кирпича. Стена плавно закруглялась с двух сторон, что наталкивало на мысль о круглости помещения и самого Покоя в целом. Эне приложила ухо к стене и уловила лёгкий гул, доносящийся из центра её покоя. Отпрянув от стены, Сестра коснулась указательным пальцем до кирпичей и словно ребёнок пошла вдоль неё продолжая удерживать палец на глади стены. Девушка всё шла, а стена и не думала кончаться, изредка выделялись пустые провалы правильной геометрической формы, то прямоугольник, то треугольник. В этих самых окошках виделись другие окошки и часть чего-то, пока не совсем понятного.
Эне посчитала нужным остановиться возле прохода довольно оригинальной формы: одно окошко - огромный треугольник, и проход - два выделяющихся прута, невероятно толстых, но вполне достаточных, для того, чтобы пройти в сердце Покоя. Сестра сделала первый шаг и он гулким металлическим эхом возвестил, что хозяйка прибыла домой. Девушка летящей походкой стала в центр - плоский круг металла, как шляпка у гвоздя, к которому и крепился странный длинный металлический мостик, соединяющийся с римской цифрой семь - выступавшей здесь в качестве прохода (те самые два прута и окно-треугольник). Был и ещё один мост - шире, но короче первого, однако он заканчивался в пустоту и указывал на девятку. Отсюда, из центра, все окошки приобрели свой смысл, они все являлись римскими цифрами, выдолбленными из кирпича. Единственной цифрой, у которой отсутствовал хотя бы намёк на окно, была единица, которая с трудом различалась среди кирпича.
Сестра глянула вниз - там была пропасть. Тёмная, глубокая, страшная и манящая к себе. В ней с трудом различались движущиеся объекты правильной формы - шестерёнки. Они не скрипели и не громко стукали, они просто двигались, соприкасаясь друг с другом, однако не в силах запустить основной механизм. Так же внизу различались другие проходы, уже лишённые цифр, они там и не были нужны. Словно логово искушённого математика-часовщика, они плавно пересекались пружинками и зубчатыми колёсами самой разнообразной формы, петляли как червяк в земле и с невероятной силой манили к себе. Вниз.
Эне с трудом оторвала взгляд от тьмы и взглянула на свет. Вверх. Данное место было ещё оригинальнее, и если низ был сложен, то верх - был прост. Лёгкие окошечки, заложенные кирпичом и огромное стекло сверху, как крышка, слегка треснувшее, однако это не изменяет его естества огромности. Сквозь трещину проникал свет и падал снег. Лёгкий и воздушный. Пожалуй к нему Эне испытывала самые тёплые чувства, какие только могла, пожалуй только он был здесь самым для неё родным. Неба за стеклом не видно, его закрывает уже упавший снег, только трещина, до которой даже не добраться и не допрыгнуть, могла похвастаться серым небосводом. Да и то, приходилось чересчур сильно выгибаться для этого.
- Минутки, минутки...- с грустью проговорила Сестра.

0

12

>>>>>>> "Мост" (сад Имы)
Луни не почувствовал холода. Изумруд внутри Брата, вязкий, но тёплый, не давал тому мёрзнуть. Лазурь, в отличие от Зелени, совсем не грела. А что получиться, если Сестре покровительствует ещё и Серебро?
Лёгкая фигурка Эне скрылась в расщелине скалы. И как, интересно, я туда попаду? - подумал Крылатый, рассматривая вход в покой. Брат сложил крылья, металл неприятно леденил кожу, и прижал их как можно сильнее к себе. Можно попробовать. Луни склонил голову и с трудом пролез сквозь разлом. Впервые невысокий рост пригодился, - почти с юмором подумал он, расправляя крылья и осматриваясь.
Луни стоял у кирпичной стены, которая плавно закруглялась, а потом и вовсе тонула в темноте. Кирпич? Луни видел кирпичные стены, точнее, их развалины, только там, внизу. Дома? Брат почти сам испугался неожиданному воспоминанию. Разве Спящий не рай? ОН мой дом. А Кошмар всего лишь... это плохое место.
Сестра, тем временем, замерла у довольно странного треугольного окна. Окна ли? Нет, это был проход, ведущий по толстым железным прутьям куда-то вглубь покоя. Эне ловко перебежала по ним и оказалась на центральной площадке. Луни оставалось лишь последовать за Сестрой.
Брат, сделав первый шаг, слегка покачнулся - железки держали его вес. Ещё... так. Ещё один. Луни уже увереннее шёл по прутьям к площадке. Всё... - выдохнул про себя Брат - ему не нравилось играть жизнью и смертью, балансируя над бездной. Чтож. Теперь и название покоя полностью понятно. Как и привычка Сестры сидеть прямо на краю, рискуя в любую секунду свалиться вниз.
Эне замерла в центре покоев, она как-то грустно проговорила:
- Минутки, минутки...
Брат хотел было подойти к девушке и спросить, что она имеет ввиду. Но остановился, потому что его плеча коснулось что-то лёгкое и холодное. Серебро? Луни поднял голову и посмотрел вверх.

Отредактировано Луни (Крылатый) (17.06.2011 15:06:35)

0

13

Эне сиротливо сжалась и словно больше не в силах стоять, опустилась на краешек платформы. Брат сейчас её мало интересовал. Пусть... Пусть освоится... Для них это тяжело. А я - привыкшая... Как хочется ему что-нибудь показать... но я не знаю что... У меня впервые такое неловкое положение. Как мне с ним себя вести? Стоит что-либо говорить? А может нужно что-то показать..? Но что? Мой Покой беден на красоты. Он не может похвастаться величественными статуями, он не может поразить своей красотой... Он вообще ничего не может... Я его ненавижу! Но в то же самое время необъяснимо люблю... Что это? Всего лишь Серебро... Почему мои Цвета молчат? Ладно Лазурь, но Серебро..? Почему я их не слышу? А он слышит? Этот странный Брат? Мне кажется нет, всё же я больше доверяю Сёстрам, хоть они и стервы. Все до одной, включая меня... Как же тяжело, когда только рождаешься! Ты ничего не можешь и не знаешь, а они только зубы скалят и твердят, мол сама увидишь и узнаешь... Но как это сделать? Я не люблю терпеть... Возможно это во мне говорит отчаяние...
- Видишь какой он?- тихо спросила девушка у Луни, - Он тебе нравится? И не ври мне пожалуйста... Мне только лжи сейчас и не хватает.
Немного помедлив Сестра выдавила тот вопрос, который мучал её уже долгое время:
- Скажи, это... это правда, что мой Покой похож на Кошмар..?
Интересно, что он ответит? Скажет правду или соврёт? А какое мне до этого дела? Спешка... Все кругом куда-то спешат, не успевают наслаждаться! А я никуда не спешу... более того, мне немного кажется, что я уже опаздываю! Правда - ложь. Ложь - правда. Что интересно он выберет? Я б ещё долго помучалась, но так ответ бы и не смогла дать... Порой лучше солгать, чем сказать правду... Решительно не хватает времени...

0

14

Вторая снежинка коснулась его запястья.
Что это? Серебро? Но какое необычное... Луни рассматривал огромный стеклянный купол, будто кто-то накрыл крышкой этот странный, как и его хозяйка, мертвый покой. В центре стекло дало трещину - через неё и падало это чудное Серебро. Хотя... Было ли это вещество Цветом?
Девушка устроилась на крае платформы и, казалось, не обращала внимания на Брата. Луни даже слегка удивился. Неужели ей всё равно? Что Брат здесь, в её покое, и скоро будет её "опекать". Станет Хранителем, как говорят остальные - одни серьёзно, другие - с сарказмом. Или девчонка уже смирилась, как никак я её заставил привести меня сюда. Поэтому она такая печальная?
Эне, тем временем, тихо спросила у Крылатого:
- Видишь какой он?Он тебе нравится? И не ври мне пожалуйста... Мне только лжи сейчас и не хватает.
Врать? Зачем мне ей врать? С каких это пор Братья врут Сёстрам? Скорее уж это вы - нам. Но, - он с сомнением посмотрел на девушку, - не думаю, что ты любишь лгать. Вот только и правду, в принципе, можно так сказать, что она опаснее самой изощренной лжи станет.
- Скажи, это... это правда, что мой Покой похож на Кошмар..? - чуть помедлив, добавила девушка. Она будто боялась ответа на свой вопрос.
Луни молчал. Он вспоминал кирпичные стены, железные балки, на которых так легко потерять равновесие и упасть в пропасть. Луни слышал зловещий скрежет механизмов, которые могли с одинаковой вероятностью отсчитывать время или перемалывать что-то...
Он вспоминал свою прежнюю жизнь выживание? в Кошмаре. Рождение, борьба за существование, охота, одиночество, покой и дом?. Это слово опять всплыло из подсознания, которое, словно трясина, поглощало самые разные эмоции и чувства, чтобы в один прекрасный день их обнажить. Дом. Странно, но Луни иногда тосковал... по Кошмару. Месту, где приходилось каждое мгновение бороться за жизнь, но там он хотя бы знал как и за что бороться. А этот Спящий, Промежуток, Рай оставался ему непонятен. И вот, сейчас эта девчонка спрашивает, нравиться ли ему здесь, в месте, которое как будто выдернули из самого дна Кошмара.
- Да, нравиться. Я не лгу. Этот покой похож на место, где родился я. Он похож на Кошмар, но на мой дом тоже... похож, - Луни решил не вдаваться в подробности. Вместо этого он, показав рукой на снег, летящий сквозь трещину в куполе, спросил:
- Эне, это Серебро? Почему оно такое?

0

15

И Брат сказал. Сказал, что ему нравится. У Эне появилась улыбка - живая и радостная, которая как маячок выделялась здесь. Однако по прошествию пары минут её улыбка увяла вновь. Вернулась прежняя отстранённость и печальность. Да что же это такое... Но он хотя бы не солгал мне... или сделал это настолько искусно, что не смогла догадаться, правду он говорит или нет... Мне очень тяжело...
- Да? И на твой дом тоже? Удивительно...- и слегка затормозив девушка отозвалась на другой вопрос, - Это не Серебро... Я не знаю как тебе это объяснить.... Но... В общем, считай, что это подарок Серебра мне. А такое оно, потому что смешались два Цвета и появилась я, вместе с ним... Ты знаешь, в какой-то степени я его знаю... Порой, если остановится, не двигаться, не говорить и не дышать, то можно услышать лёгкий, практически ненавязчивый шёпот...
Сестра поднялась, она не любила долго находится в одной позе, Цвета требовали действий. Легко и непринуждённо она стала на самый краешек часовой стрелки, лицом к цифре девять.
- И всё-таки странно, почему одна из стрелок остановилась на девяти, в то время как другая замерла на семёрке... Может в этом есть смысл? Нет, не думаю...- тихо проговорила Эне сама себе, словно и не было в её Покое никого, - Как хочется спуститься вниз... Туда, к движущимся деталям огромного механизма...

0

16

Снова играет со смертью... - как-то отстраненно отметил Луни, когда Сестра легко запрыгнула на самый конец другой, третьей, железной балки. Что же за девчонка такая сумасбродная? Меланхоличное настроение куда-то исчезло. Брат снова собрался - предстоял серьёзный разговор.
Луни сначала хотел присесть на край площадки, но быстро передумал - несолидно как-то. Эта девчонка и воспринимает его как-то не так. Не как Брата, а в качестве... Крылатый не мог подобрать подходящего слова... мелкого недородка, о котором надо заботиться. Хотя зачем кому-нибудь заботиться о недородках Луни и сам не знал. Просто более подходящего сравнения не приходило в голову.
Луни расправил крылья - они отливали серебром в свете косо падающих лучей света - и прошёл в другой конец площадки, стараясь выглядеть как можно более сосредоточенным и непреклонным, даже суровым.
Как маленький ребёнок, а не Сестра! Эне всё так же вглядывалась в пропасть, слегка покачиваясь и грозя вот-вот свалиться прямо на вращающиеся шестерёнки.
- Эне, почему Фратрия не дала тебе Хранителя? Почему тебя не взял ни один из Братьев? Они хоть знают об этом месте? - Луни, нервничая, сцепил руки в замок за спиной - слишком многое зависело от ответа девушки.

0

17

Эне в нерешительности остановилась: одна нога уже была готова перешагнуть пропасть, но другая прочно стояла на стрелке. Замерев, она с глубокой задумчивостью в голосе попыталась ответить на вопросы Луни:
- Почему... Фратия..? Не знаю... Они, знают... Они бывали здесь... - на лице заиграла улыбка и девушка перепрыгнула на другую ногу (если в первом случае она стояла на правой ноге, то теперь стояла на левой) - Но ни один меня не нашёл! Хотя я даже и не пряталась...
- Я не могу сказать кто был конкретно... Был.. такой, немного странный... ему принадлежит ребёнок.... И был такой... большой... он с трудом сюда поместился... ему принадлежит кошка... Я не знаю, почему они меня не нашли... я всё сидела и сидела... хотя я и слышала, как они переговаривались... Они знали, что я здесь... но почему-то не могли найти... Почему?
Действительно почему? Ведь я просто сидела и ничего не делала... Кошка говорила о том, что они видят, даже если спрячешься... Выходит, что и меня видели... Просто... Просто... Почему я ничего не понимаю?
- Я не знаю... Скорее всего они меня видели... Но не смогли достать до меня... Я не знаю как это объяснить... В этом Покое понятие времени не существует... или изменяется до неузнаваемости... Они были всего пару мгновений и тут же исчезли...- растерянно проговорила Сестра, пока не решаясь сделать шаг.

0

18

Луни не переставал нервно ходить из стороны в сторону, меря шагами круглую площадку.
- Значит, они здесь были, только войти не смогли, - Луни вспомнил узкую щель в скалу, куда сам с трудом протиснулся. - Но они уже знают о тебе. Это...
Крылатый сам не мог понять - хорошо это или плохо. О существовании Сестры знают, то есть, долго скрывать своё присутствие она не может. Рано или поздно на выйдет из своего надёжного покоя - за Цветом или ей просто надоест сидеть на месте, а то и сама на Братьев захочет посмотреть, с неё станется. Ей может и не такое в голову прийти.
Луни посмотрел, как Эне легко перепрыгивает с ноги на ногу на ненадёжной железяке. Тебе что, жить надоело? - чуть было не сорвался Крылатый, но вовремя остановил себя. Представляю, что она мне на это ответит. Так что Луни задал совсем другой вопрос:
- Братья называли имена? Может, они говорили "Триумфатор" или "Надзиратель"? Или "Китобой" друг другу? А Ищущего они упоминали? Могли называть его и Гончей.
Впрочем, это не так важно. Если узнал один - знает и вся Фратрия. Вот от кого они узнали - это может иметь, а может и не иметь значения.
- О чём говорили Хранители? У них были какие-то планы на тебя, Эне? - Луни остановился и внимательно смотрел на девушку. Его волнение улеглось, и теперь внешне Брат казался спокойным.

0

19

- Неа... Они не назывались... Да и имён я их не помню... Только знаю одно, одному принадлежит кошка, а другом - дитя...- с тяжёлым вздохом произнесла девушка, она не сильно понимала, что от неё хочет Луни.
- Планы..? Не знаю... Но от них я получила своё прозвище - "Неживая"... Почему они меня так назвали?- девушка подошла вплотную к Брату, взяла его руку в свои тоненькие ручки, - Неужели ты не чувствуешь моего тепла..? Неужели я настолько холодна, что я не отличаюсь уже от металла..?
Что там говорила кошка? Что Братья страшны? Что Братья лишь пожиратели? Хм, а он не похож на них... Ему туго придётся... Или уже пришлось. Русалка говорит, что Братьям нужно подчиняться, пусть это и претит Сестре, кошка - напротив - затаится, а потом нанести удар. Я ничего не понимаю... Я нахожусь здесь уже пятнадцать циклов... Что это за сосущее чувство? От чего становится невыносимо тепло? Я не люблю тепло... Оно меня убьёт... Русалка сказала, что мне нужно держаться подальше от тепла, иначе я растаю... Проблема.
- Луни... А кто такой этот Ищущий? Кто такой Китобой? А самое главное почему их так зовут?- сестра выпустила из своих рук руку крылатого и медленно подошла к тому самому краю Неспешно, будто в такт неслышимой музыки девушка стала раскачиваться наподобие маятника. Вперед - в темноту, назад - на площадку.
- Тяжело делать выбор... Знаешь, я заметила, что идти на свет тяжело, но вот идти в нём легко; идти во тьму легко, труднее двигаться в ней...

0

20

Эне спрыгнула с прута и подошла к Брату, который замер в самом центре площадки. Её ночная сорочка развевалась, будто от лёгкого ветерка - так стремительно девушка шла к Луни. Это Лазурь действовала на свою подопечную?
Она ловкая... Крылатый и сам не заметил, как Эне остановилась перед ним и осторожно обхватила его руку своими изящными ладошками.
- Неужели ты не чувствуешь моего тепла..? Неужели я настолько холодна, что я не отличаюсь уже от металла..? - Эне сказала это так тоскливо... похоже, она и сама не понимала насколько.
Луни, повинуясь безотчётному порыву, хотел было провести свободной рукой по темным, отливающим Серебром, локонам Сестры. Но Брат остановился, только чуть приподняв руку - ему не хотелось пугать Эне, и тем более признаваться девушке в своей... слабости.
Ты живая... Только холодная.
- Луни... А кто такой этот Ищущий? Кто такой Китобой? А самое главное почему их так зовут? - Сестра отпустила руку Крылатого и снова подошла к краю площадки, слегка покачиваясь, словно желая случайно оступится и полететь в пропасть. Она снова вполголоса рассуждала о каких-то странных вещах. Свет. Тень. Какая разница? И здесь, и в Кошмаре почти всегда темно.
- Я буду звать тебя Эне, - решил Крылатый. - Китобой, Надзиратель и остальные - Братья. А Ищущий... Ищущий разыскивает сбежавших Сестёр, наказывает отступившихся от Табу. Он - Гончая Фратрии.
Кошка - Ава, ребёнок - Яни? Неужели Надзиратель и Китобой? Ну, это не так плохо... Хотя хуже Ищейки мало кто мог бы быть, - Луни недовольно поморщился.
- Почему ты не зовёшь меня Крылатым? Все остальные делают так, - почему-то спросил Брат, как будто этот вопрос мог быть важен.

0

21

- Хм, понятно... Жаль сбежавших... и Ищейку жаль,- отстранённо отозвалась Сестра.
Она перестала раскачиваться, теперь она просто стояла с поникшей головой и невнимательно смотрела вниз, рассеянно пытаясь что-то найти. Пока - безрезультатно.
Значит, беглянок - ищут... По крайне мере, функцию Братья выполняют... Сестры тоже не остаются в стороне... Все при деле... Существуют правила - Табу. Но вот легче от них не становится... Все почему-то стремятся их нарушить, изловчиться из них, обвести вокруг пальца... но тогда зачем они создавались? Непонятно... Нелогично...
- Крылатым..?- переспросила Эне, словно очнулась от сна, - Зачем мне тебя так звать? Ведь у каждой вещи, предмета, живого существа - есть имя. Неужели не проще называть всё своими именами? Мне кажется так легче, хотя я и не ищу лёгких путей... И тем более я - не остальные...
Как странно живётся в этом мире... У принцесс свои драконы и верные рыцари, у русалок - монахи и верующие... Словно они созданы друг другу в противовес, и между тем, они до странного похожи... Хоть и различны... Что это? Смех? Но кто? Неужели... Серебро?! Неужели Цвета решили со мной заговорить? Нет. Просто Серебро рассмеялось моей идее. Она чересчур волшебна... Пожалуй так и есть.

0

22

- Хм, понятно... Жаль сбежавших... и Ищейку жаль, - в любой другой момент Брат разразился бы целой тирадой в ответ на эти слова, но сейчас...
Жаль? Пусть её жалеет, - равнодушно подумал Крылатый. Она и меня почему-то жалеет. И Сестёр, и Братьев. Цвета-то она хоть не жалеет? Не думаю, что стоит её об этом спрашивать.
- И тем более я - не остальные... - закончила свой монолог Сестра.
Это точно, тут все - "не как остальные", - уже с мертвенным безразличием отметил Луни. Может, это покой такой? Высасывает жизнь и радость. Неудивительно, что Братья постарались поскорее уйти отсюда.
А Сестра вновь погрузилась в свои мысли, склонившись над угольной чернотой пропасти. И что она там нашла? Ведь всё гораздо проще на самом деле - прыгнул и конец.
Луни сделал несколько быстрых шагов, стараясь прогнать странные, в общем-то чуждые ему мысли.
Нет. О чём это я? Да, Братья... Они знают, где она, но не могут достать. Сестра - и без Брата. Непорядок. В общем, у меня два варианта - попытаться отсудить её у Фратрии или оставить всё как есть, не вмешиваться. В первом у меня будет Сестра и территория, во втором... Что будет во втором? Она или нарвётся на Брата, или будет жить здесь дальше и, спустя какое-то время, всё равно нарвётся на Брата. Не хочу думать, что с ней тогда станет. Но если она достанется Ищущему... всё будет намного хуже.
- Эне, рано или поздно Братья тебя поймают. Поэтому я предлагаю тебе вторую сделку, - Крылатый чуть-чуть усмехнулся.
- Я хочу стать твоим Братом, но взамен... - Луни сделал небольшую паузу, - взамен я не буду так удерживать тебя и контролировать, как остальные Братья своих Сестёр. Только тебе больше будет нельзя выходить из своих покоев - в этом случае нам обоим не поздоровиться. Ну, как, Эне?
Ты поняла, Сестра? Я получу устойчивое положение и Ищущий уже не сможет так открыто нападать на меня, а ты - относительную свободу и защиту от других Братьев.

0

23

Луни опять что-то задумал. Что-то интересное, что-то живое. Для Эне это было несколько странно, но она словно чувствовала, как заходил рябью её Покой, словно он сам почувствовал присутствие живых мыслей. Это угнетало и настораживало одновременно.
- Ещё одна сделка? Мне казалась и одной будет достаточно...- Сестра была действительно удивлена подобным исходом событий. Поэтому постаралась вникнуть в слова крылатого сразу же, а не постепенно, как обычно делала.
- Значит сделка... Да? А как ты смотришь на то, что я несколько изменю её правила?- девушка хитро улыбнулась, - Итак, я согласна стать твоей Сестрой, но ты обязан меня удерживать и контролировать как другие Братья контролируют своих Сестёр. А выходить из покоев я не собираюсь... Во-первых - в других мне делать нечего, а во-вторых - там страшно...
Конечно он вряд ли согласится. Он не такой как остальные. И это его губит. А я то, я то смогу себе помочь, он - нет. Вывод: мне нужно его беречь и заботиться о нём. Он же несмышлёныш...
- А и ещё одно, я даже не буду рассматривать другие варианты сделки. Не переживай за меня. Ты ничего не теряешь, да и я как-то обхожусь без потерь...

0

24

Кошмар меня возьми! Да что она говорит такое?! Луни молниеносно развернулся к Сестре.
- ... ты обязан меня удерживать и контролировать как другие Братья контролируют своих Сестёр. А выходить из покоев я не собираюсь, - спокойно и чуть задумчиво говорила девушка. Она улыбнулась и можно было подумать, что она признаётся в заветной мечте, а не хочет остаться навсегда запертой в своих страшных покоях под надзором Братьев.
Крылатый находился в лёгком шоке, он стоял в центре площадки, не двигаясь и ничего не говоря. Хлопья снега запорошили края его крыльев. Снежинки уже скользили вниз по металлическим перьям, когда Луни наконец очнулся.
Она либо издевается, либо сошла с ума. Любая Сестра (я - не остальные) с радостью (я не ищу лёгких путей) приняла бы моё предложение! Луни действительно разозлился.
- А и ещё одно, я даже не буду рассматривать другие варианты сделки. Не переживай за меня. Ты ничего не теряешь, да и я как-то обхожусь без потерь...
Если я не хочу быть, как остальные Братья, не желаю неизвестно от чего "хранить" Сестёр, то надо мной можно насмехаться?! Ну, тогда будет так, как пожелаешь, Эне. В конце-концов, я и вправду ничего не теряю.
- Как скажешь, Сестра. Я буду должен представить тебя Фратрии... Если они тебя отдадут мне, наша сделка увенчается успехом.
Крылатый, стараясь не показывать неуверенность, стал машинально отряхивать крылья от налипшего снега. Он не мог предугадать реакцию Братьев на своё заявление. Слишком многое нельзя было просчитать заранее.

+1

25

Эне поудобнее уселась. На её губах играла лёгкая усмешка, подует ветер - и не будет её. Девушка всё смотрела куда-то вдаль, находясь, быть может, уже на Поверхности, а может и ещё дальше. Но часть мыслей были по-прежнему здесь и они тщательно обрабатывали слова Луни.
- Согласна, Брат.- холодно заметила Эне, - Но меня интересует такой малый вопрос, как то, что если они не отдадут меня тебе..? Ведь тогда, наши сделки будут полностью аннулированы... Но это всего лишь слова... Всё проверяется делами... -я себя ненавижу! - Ты знаешь, мне кажется у Фратии будет своё мнение... Они подберут мне... Хм, странные порой мысли бывают, настоящего монстра в человеческом обличье... Я на давлю на тебя... И я не хочу, чтобы у тебя просыпалось такое чувство, как жалость... Это плохое чувство. Уж лучше сострадание. Подумай о моих словах, Брат. В конечном итоге - может что-нибудь поймёшь...
Зачем я так с ним поступила? Зачем наговорила столько? Неужели это всё влияние этого трупа и Их? Не знаю... Я уже запуталась и не в состоянии трезво глядеть на ситуацию. Но ощущение того, что мне подберут другого - очень сильно. Словно я уже чувствую приятные холодные пальцы на своей шее. Холодные паучьи пальцы. Приятное лицо, которое обнажает свою суть чудовища, только в бою... Почему я даже знаю его имя? Неужели Цвета шепнули мне его, пока спала? Если это так, то пожалуй, он мне действительно - пара...

0

26

Всё-таки она проницательна. Луни уже внимательнее посмотрел на Сестру и сказал:
- Я говорил тебе о Гончей. Так вот, Ищущий - мой враг, он сделает всё, чтобы помешать мне стать твоим Братом. Так что возможно, что ты попадёшь к нему... Твоё Серебро - его Хранитель, твоя Лазурь - мой Цвет, но яд для него. Мы почти на равных, но придётся рискнуть.
Брат тяжело вздохнул, он не мог понять, что конкретно хотела от него Эне и думал, что та сама толком не знает... Луни продолжил:
- Фратрия действительно имеет своё мнение... и скорее всего оно окажется на стороне Ищейки. Только я не знаю, нужна ли вообще Ищущему Сестра? Но он может выступить против меня... Я думаю, что он так и сделает.
Брат замолчал, он смертельно устал от этой путаницы, интриг и ловушек. В бою от удара врага можно увернуться, вот только как сбежать от метко пущенного слуха, чужого мнения и приговора? Кошмар учил выживать, но выживать в одиночестве. Убивай - или тебя убьют. Всё просто.
Промежуток же был совсем другим. Он требовал преданности каким-то нелепым правилам, подчинения старшим Братьям, постоянный контроль за Сёстрами. Зачем, спрашивается? Если мира, выше Спящего, не существует, то пусть копят свой Цвет, всё равно им некуда возноситься...
Луни стало зябко, то ли Изумруда было мало, то ли серебряный снег сделал своё дело. Крылатый отошёл в конец площадки, подальше от трещины.
- Но выбора нет. Если я не заявлю о тебе сейчас, то сюда может явиться Ищущий. Всё-таки, ловить нарушителей Табу, это его призвание.

0

27

Кажется, он ничего не понял... Впрочем я сама виновата. Навела тут понимаешь тумана, да переборщила... Хм, вот оно моё: "по простому не умею"...
- Наверно нужна...- задумчиво проговорила Эне, - Ведь он же чего-то ищет... Вопрос найдёт ли..?
- Хоть это и смешно, но выбор существует всегда... Просто... Просто ты боишься сделать что-то не так... А может так и нужно сделать? Ведь говорят, что не происходит - всё к лучшему... А ты как считаешь? Заявляй своей Фратии обо мне... Не забудь упомянуть о моём прозвище, вы уж больно любите их давать и наконец... разберись что ли в себе... Действительно ли ты настолько альтруист, каким себя видишь?
Молчит покой мой, тишина, и шестерёнки уж дремают, закрыть бы уши и глаза, Цвета - чудесны сны вевают... Нда, потянуло на поэзию... Хотя у меня Сирень и не покровитель... А здесь всё-таки хорошо. Холодно, темно, приятно. Что бы не говорил Луни, в какой-то степени он ошибается. Все мы ошибаемся. Ищущий. Гончая Фратии. Что-то я о нём ничего не слыхала. Беда. Почему мне всё так мерещится ещё один Брат? Который почему-то не спешит на сцену, хотя явно актёр и ещё какой. ОН словно дёргает за ниточки и вся эта махина приходит в действие...
Какой ужас. Я уже как Има с её драконом... Неужели у всех Сестёр с Лазурью такое состояние? Кто знает, кто знает...

0

28

Луни почему-то почувствовал тягучую, всепоглощающую тоску. Разобраться в себе? Да зачем? Зачем я вообще добиваюсь благосклонности Братьев с их треклятой Фратрией? Почему просто не убью этого садиста или не погибну в бою сам? Раньше, в Кошмаре, меня ничего не смогло бы остановить.
Снежинки на плечах Луни медленно таяли, наверное, от близости тёплого Цвета.
Зачем мне вообще Спящий? Разве это Рай? Здесь и хорошего-то - только Цвета. Да и те сумели оказаться врагами. Почему Братья называют это место Раем?
Что-то тёмное заворочалось в Брате, зовя броситься туда, вниз, на шестерёнки...
Что за глупости? Это Лазурь сделала меня таким... восприимчивым. Крылатый опомнился, в нём снова проснулся Хищник, требующий победить, забрать территорию и уничтожить врагов. Потом пришёл покой, сгладивший все чувства. Луни сказал как можно твёрже:
- Я не альтруист, Эне. И не хочу им быть - альтруисты умирают первыми. И они не предлагают сделок. А это просто договор. Выгодный и мне, и тебе. Я не хочу быть похожим на Братьев, кого-то пленять... поэтому и говорю с тобой. Но мне нужна своя территория. И покой. Я объявлю Фратрии о тебе, раз мы договорились, Сестра.
Луни отвернулся от девушки и пошёл по направлению к выходу. Оставалось только пересечь шаткий мостик и Брат выберется из покоя, так напоминавшего ему дом. Нужно перебраться на более-менее нейтральную территорию и хорошенько обдумать своё заявление к Братьям. Одна ошибка, и Крылатый в проигрыше. Но это не пугало, скорее давало давно забытое чувство азарта, битвы. Посмотрим, смогу ли я драться и на словах? Это будет нечто новое, - с любопытством думал Луни.
>>> Тюрьма

Отредактировано Луни (Крылатый) (08.07.2011 21:54:30)

0

29

- Возможно ты не альтруист... Но всего лишь возможно... Поступки. Судить можно только по ним. Я знаю немногих, но мне хватает этого знания... Странно если бы не хватало... Разберись в себе... Да, учись видеть другими глазами... А ещё лучше - чужими...- прошептала безэмоционально Эне глядя пустыми глазами на стену.
Луни ушёл. Ему было необходимо уйти. Возможно подумать, возможно принять решение. В конце-концов ему было необходимо поговорить с другими Братьями. Что-то выяснить, где-то подраться, как-то заявить. А пока, Эне просто сидела на краешке пропасти, в каких-то несчастных, но непреодолимых, жалких нескольких сантиметрах. Пустой взгляд девушки впервые был устремлён не вниз и не верх, он буравил противоположную стенку, словно не решаясь чью же сторону принять. Уйти ли во тьму или подняться к свету. Сестра выбрала середину. Пока середину. Что выберет потом, сказать очень сложно, она чересчур непостоянна в своём настроении и мнениях, но убеждения остаются неизменными.
В Покое было тихо. Ничто не тревожило бесшумной "глади" воздушных потоков. Ни завываний ветра сквозь расселину в стекле, ни стук шестерёнок в глубинах Покоя, ни вздохов Сестры. Кругом была тишина. Звенящая и нестерпимая для случайных прохожих, но только не для Эне. Она привыкла к ней. К той самой тишине. И как не прискорбно - к одиночеству тоже. Неслышно рядом падал снег, он явно не осмеливался тревожить Сестру, он просто падал вниз и исчезал, уносимый в стены огромными механизмами. Он больше не мог вернуться, он просто исчез раз и навсегда.
Если так задуматься, то Покой Эне ещё походит и на сердце зимы. Где-то в глубоких неприветливых льдах Антарктиды, затерялась эта комната - древнее сооружение древних цивилизаций, которым были известны многие тайны, но они не спешили их открывать. Шло время - льды наступали. Остались только главные часы этого футуристического города, да и то, они перестали идти, словно невидимый снег замёрз и в нужном перекрестии механизмов просто образовался лёд, который только крепчает от новых порций снега. Главные часы стоят на странном времени: почему они остановились именно на тридцати пяти минутах десятого? Неужели, это последний час и последние минуты жизни далекой цивилизации? Быть может именно в этот момент для них настал конец света и их империя пала перед временем. Быть может - это время рождения чего-то нового. Но дано только время, нет конкретной даты когда это произойдёт. Возможно даже родится та самая империя, которую поглотило время. Быть может и так.
Механизмы неспешны. Им некуда спешить, они никуда не опаздывают, они ни от кого не зависят. Пускай они и бездушны - в них теплится жизнь. Но только тогда, когда они вместе, по отдельности - груда металлолома. По странному стечению обстоятельств время бессильно против своих слуг, которые призваны лишь отмерять его. Они не способны изменять время, но они могут остановить его. В этот Покое - время остановилось. Да, пускай сломан всего лишь механизм, но ведь именно из-за него и ломаются наши жизни. Вроде бы малюсенькая поломка - пустяки, но на самом деле это не так. Как только наши часы перестают идти - мы выпадаем из этой жизни. Для других время идёт, а для нас оно по прежнему стоит. Мы видим как взрослеют наши дети, а за ними внуки, а мы по прежнему такие же, какими были в день поломки. Время остановилось только для нас. И ещё не известно - дар это или проклятие. Дар - бессмертие, которое так жаждет человек, но у всего есть и другая сторона, выступающая в роли проклятия - мы не способны что либо изменить. Мы с немым отчаянием наблюдаем за смертью наших близких, детей, внуков, правнуков. И всё чаще и чаще появляются вопросы, на которые нельзя ответить. Всё сильнее и сильнее отчаяние сдавливает рёбра в попытке расплющить все внутренности и тяжёлым осколком ребра достать до сердца, но пока - мучения. Где-то угрызения совести, где-то физическая боль.
А зима холодна. Её ничуть не трогает чужая боль. Фактически зима - это смерть. Но вот какая? Для Эне это жизнь. Холодный лёд, искристый снег - всё это для неё как манна небесная. Это чудо - которым нельзя пренебрегать. Пренебрежёшь - и ты замёрзнешь. Пускай это будет и не сильно заметно, но лишь до поры до времени. Вроде бы секунда, ан нет - уже прошёл час, если не больше. Зима царит в наших сердцах - мы становимся снежными королями и королевами, чтобы только не видеть и не слышать других, которые отравляют нашу жизнь. Зло не рождается просто так. Оно появляется, когда человек смертельно устал от всего, тогда его посещают мысли, в некоторых случаях - самоубийственные. Но в большинство - просто убийственных. Зачем мучаться, если можно просто убрать препятствие, которое досаждает?
А что делать тем, кто бессмертен и желает невозможного? Будь то самоубийство или волшебные чудеса. Что же им делать? Как много было в Промежутке Сестёр? Как много мечтаний обратились в страхи? А как много мечтаний всего лишь завяло, не в силах больше цвести? Ответа нет. И пожалуй даже не будет. Время не даёт ответы, оно просто их подкидывает, чтоб нам было не скучно.
Эне решительно поднялась и устремилась к выходу из своего Покоя. У неё был план действий, вернее она наивно полагала, что это и есть план действий.
>>>>> Разлом (Сад Эры)

Отредактировано Эне (20.06.2011 20:25:27)

0

30

>>>>Рудник Эне. Пустошь

Эне ушла от Душителя. Буквально скрылась от его цепких пальчиков в Оке своего Отца и тут же потерялась в Его хитросплетениях. Сестра точно не знала, куда её потянула невидимая сила, но по внутренним ощущениям куда-то в сторону Эли. Мастерица на все руки всегда привлекала и приковывала к себе внимание Эне, была скромной, постоянно трудилась и самое главное – она понимала. Нет, действительно всё понимала и готова была дать совет. Жаль, не все её слушали или не желали слушать.
Но Отец решил направить Сестру в другое место. Место несколько более близкое, чем обитель Орлицы. И даже ближе, чем Теплица Растения. Это было удивительно. Оберон направлял в собственный Покой. У Сестры засосало где-то под ложечкой.
… А дома ничего не изменилось. По-прежнему было пусто и грустно. Тоска здесь жила своею жизнью и не скупилась делиться собой с окружающими. Грусть, возведённая в ранг религии. Как древнее божество, она требовала жертв. Истерзанных, обескровленных, но всё ещё живых, чтобы впиться своим грубым частоколом зубов в эти тела. Осушить их до дна и выкинуть на помойку пустые оболочки. Наблюдать, как они будут гнить, и тщательно делать их существование всё хуже и хуже. Пустота, безраздельно правящая балом, и чувство одиночества. Бесконечное, изнуряющее, колючее одиночество. Как паразит оно готово присосаться и больше не отпускать. А ты… существуй, страдай, люби и ненавидь, прощай и будь прощёным. Одиночество всё приберёт к своим рукам.
Эне всхлипнула. Пожалуй, впервые за столь долгий для неё срок. В этом всхлипе слышались отголоски горя и боли, которую ей доставили печальные известия. Маленькая слезинка покатилась по белой щеке, оставляя за собой влажный след. Потом, сглотнув комок, подступивший к горлу, игнорируя боль в грудной клетке, отмахиваясь от головной боли, Сестра присела на краешек платформы, под которой крепились две стрелки.
- Так кто я такая? Почему я появилась здесь? От этих вопрос я так и не избавилась. Они слишком сложны, - прошептала Эне пустоте. Последняя внимательно слушала Сестру, изредка поскрипывая сонмом механизмов.
- Какая же я дура. Так и не смогла сказать… а уже поздно. Бесхребетная, бесхарактерная… Почему я именно такая? Неужели… так пожелал мой Отец? Но почему?.. Что это могло значить? Я слишком мало знаю. Ещё меньше – понимаю.
Пустота загадочно замолкла, чтобы вновь оглушить Покой своим скрипом. Длилось недолго, но было неприятно. Затем всё снова вошло в свой обыденный ритм. Эне слегка кивнула пустоте, словно та ответила ей на некоторые вопросы. Поддержала, так сказать.
- Так кто же такие Сёстры? Почему наш Отец… нет, не стоит удивляться, что мы такие разные. Это неудивительно. Это вполне обоснованно. Разные Покровители… Покровители… - Сестра задумчиво нахмурила лоб. Что-то в этой беспорядочно разбросанной кучке деталек показалось подозрительно подходящим. Словно некоторые кусочки были предназначены друг для друга. Это несколько пугало и воодушевляло. Эне принялась рассуждать дальше.
- Разные Покровители. Разные характеры. Та же Русалка отличается от Кошки. Они совершенно не похожи. Но… Как быть с теми, кто похож? У кого похожи Покровители? Вот, например Невеста и Игрушка. Кажется, у них похожи Инструменты. Правда, вроде бы, они совершенно разные. Или вот я и Эра. Это небо и земля. Мы совершенно разные! Не понимаю… - девушка отбросила детали мозаики. Если они и подходили друг к другу, то Эне явно не знала, как их соединить. Не хватало ещё чего-то. Чего-то между ними. Чего-то важного.

[-3 капли Лазури]

Отредактировано Эне (31.05.2012 13:10:11)

+3


Вы здесь » Тургор: Начало » Покои Сестёр » Бездна Эне